Диво-Красное. Алексей АлнашевЧитать онлайн книгу.
свою согнать, молится да спать заваливается.
Утром Семилетка будит его:
– Вставай, Батюшка! Пора к воеводе идти.
Батюшка встаёт угрюмый, завтракает, кланяется молодой хозяюшке, да горем убитый, мысль себе накручивает: стать воеводе в ноги кланяться да умолять его, чтоб приплод у себя оставить.
А Семилетка, провожает Батюшку да ему в дорогу молвит:
– Спросит воевода тебя: что на свете жирнее самого жирного? Скажи, что Матушка-Земля на свете жирнее самого жирного, оттого что она на свет родит всякие плоды!
От такого ответа у Батюшки, словно крылья вырастают. Он на месте приплясывает, Семилетку целует, благодарит за ответ и на вторую загадку. Да на таких радостях, словно на крыльях, прилетает к воеводе.
Приходит к нему и богатый. Да дразнит и травит бедного:
– Воевода – мудрый, он видит и знает, кому приплод оставить…
А опосля их брани и воевода выходит, да сходу их и вопрошает:
– Ну что же? Разгадали: что на свете жирнее жирного?
Богатый выскакивает вперёд бедного, в ноги воеводе падает, ноги воеводе целует да такой ответ пред ним держит:
– У меня есть боров, да такой жирный, что жирнее его на свете ничего и нету! Он – жирнее самого жирного!
Воевода смеётся, аж за живот держится. Сказать хочет, да ничего сказать не может, только по земле катается, пальцем на богатого братца кажет да пуще прежнего заливается.
А как успокаивается, и бедного братца вопрошает:
– Ну, а ты что сказывать станешь? – а сам ему улыбается, в глаза заглядывает, мудрого слова ждёт-дожидается.
– Земля жирнее самого жирного на свете, – бедный братец ему сказывает, – оттого что она из ничего родит и растит разные плоды! – говорит, а сам до земли самой кланяется, земельку руками берёт да её целует.
Дивится воевода мудрому слову бедного братца да сам ответ держит:
– Кто тебе эдакое сказывал?
– Доченька – Семилетка! – держит ответ бедный брат пред воеводой да ему кланяется. А сам в глаза воеводе смотрит да ждёт от него милосердия к безмудрию старика.
А воевода мудрому слову дивится, да сам себе о мудром слове Семилетки мысль крутит… Да в смятении третью загадку загадывает:
– Ну, что же! Теперече отгадайте: что на свете милее самого милого?
А сам смекает: мудра его дочка, ой, мудра. Мала, но мудра. А сам светится. Радость не показывает, но бедного братца к себе располагает.
А бедный братец к непривычному настораживается. Сам себе мысль накручивает, что сейчас воевода чего-то худое супротив него замысливает: ведь не зря к себе так располагает, да что-то от него эдакого ждёт.
Братья крепко задумываются над последней загадкой воеводы, что в ответ на ум им ничего не приходит. Так и идут они домой, хоть горем не убитые, но и без радости. А бедный братец ещё и с настороженностью – чего от них с Семилеткой воевода хочет.
Приходит бедный брат домой и молвит Семилетке: так и так, мол, воевода от твоего ответа на загадку мысль себе накручивает. Третью загадку нам сказывает, а сам от тебя в