Черное знамя. Дмитрий КазаковЧитать онлайн книгу.
обнаружился короткий коридор, а в нем еще двери, но в отличие от первой, снабженные табличками – «Начальник отдела», «Канцелярия», «Архив», «Бюро учета личного состава».
В последнюю Олег и вошел.
Из‑за заваленного папками письменного стола на него недружелюбно покосился клерк в темном костюме – худой и сутулый, прыщавый лоб, очки на носу, сальные черные волосы; типичная канцелярская крыса, бюрократический червь-паразит, какие были и в старой империи, и в Январской республике, есть и сейчас.
Такие твари находят пищу всегда, и извести их не проще, чем крыс и тараканов.
Наверняка состоит в партии, один из «подснежников», из тех, кто вступил ранней весной тридцатого года, когда даже до самых тупых дошло, что Павел Огневский и ведомая им ПНР берут власть в России, причем крепко и надолго.
– Вам что? – буркнул клерк.
– Оформиться, – сказал Олег, стараясь говорить спокойно.
Что бы там ни болтал Кирпичников, он здоров, он в полном порядке.
– Садитесь, давайте документы, – велел клерк.
Одинцов не без опаски присел на ветхий стул, и выложил на стол папку из черной кожи. Сотрудник отдела личного состава открыл ее, поправил очки, и принялся одну за другой изучать бумажки.
– Так-так-так, – сказал он. – Одинцов Олег Николаевич, девяносто седьмого года рождения. Верно?
– Верно.
– А где характеристика из партии? Ага, вот она… – клерк удовлетворенно потер ручонки. – Годится… так… Статский советник? Отдел общей пропаганды? Владимир третьей степени, Белый Крест Тенгри, премия Махмуда Ялавачи…
Лицо его вытянулось, глаза округлились, а Олег заскрипел зубами – к чему упоминать обо всем этом, о званиях и наградах, которые еще недавно казались столь важными, а теперь потеряли значение?
– Ничего себе… – хозяин кабинета поднял взгляд, и уставился на значок, приколотый к лацкану пиджака посетителя – серебряная чаша на высокой ножке, ничего особенно красивого или дорогого, если не учитывать, что носить подобное украшение мог только «испивший мутной воды», один из тех, кто вступил в партию до двадцать пятого года, а во времена премьера Коковцова сидел в тюрьме.
Тут уж челюсть клерка и вовсе отвисла, а подобрав ее, он понизил голос и спросил:
– Кому вы мозоль-то оттоптали? Что вас оттуда сюда, к нам?
– Никому не оттоптал, – буркнул Олег сердито. – Делайте, что должны.
– Как скажете, как скажете… – хозяин кабинета продолжил изучать документы, бумаги зашелестели. – Вот вы на меня волком смотрите, а совершенно зря, ведь только на таких, как мы, и держится государство. Что ведь оно такое, на самом деле? Громадная пирамида из служащих. Нацеленная в будущее вершина – это вождь народов и премьер-министр империи, а камни, подпирающие его величие – это мы все, вплоть до последнего коллежского регистратора в волостной управе. Народ же лишь сырой материал, из которого эта пирамида возводится.