Граф Монте-Кристо. Том 2. Александр ДюмаЧитать онлайн книгу.
и гнев.
На этот взгляд, который он хорошо понял, Вильфор ответил легким пожатием плеч.
Затем он зна́ком предложил своей жене подняться.
– А теперь, – сказала г-жа де Вильфор, – позвольте нам откланяться. Угодно ли вам, чтобы Эдуард зашел поздороваться с вами?
Было условлено, что старик выражал свое согласие, закрывая глаза, отказ – миганием, а когда ему нужно было выразить какое-нибудь желание, он поднимал глаза к небу.
Если он желал видеть Валентину, он закрывал только правый глаз.
Если он звал Барруа, он закрывал левый.
Услышав предложение г-жи де Вильфор, он усиленно заморгал.
Госпожа де Вильфор, видя явный отказ, закусила губу.
– В таком случае я пришлю к вам Валентину, – сказала она.
– Да, – отвечал старик, быстро закрывая глаза.
Супруги де Вильфор поклонились и вышли, приказав позвать Валентину, уже, впрочем, предупрежденную, что она днем будет нужна деду.
Валентина, еще вся розовая от волнения, вошла к старику. Ей достаточно было одного взгляда, чтобы понять, как страдает ее дед и как он жаждет с ней говорить.
– Дедушка, – воскликнула она, – что случилось? Тебя расстроили, и ты сердишься?
– Да, – ответил он, закрывая глаза.
– На кого же? на моего отца? нет; на госпожу де Вильфор? нет; на меня?
Старик сделал знак, что да.
– На меня? – переспросила удивленная Валентина.
Старик сделал тот же знак.
– Что же я сделала, дедушка? – воскликнула Валентина.
Никакого ответа; она продолжала:
– Я сегодня не видела тебя; значит, тебе что-нибудь про меня сказали?
– Да, – поспешно ответил взгляд старика.
– Попробую отгадать, в чем дело. Боже мой, уверяю тебя, дедушка… Ах, вот что!.. Господин и госпожа де Вильфор только что были здесь, правда?
– Да.
– И это они сказали тебе то, что рассердило тебя? Что же это может быть? Хочешь, я пойду спрошу их, чтобы знать, за что мне просить у тебя прощения?
– Нет, нет, – ответил взгляд.
– Ты меня пугаешь! Что же они могли сказать?
И она задумалась.
– Я догадываюсь, – сказала она, понижая голос и подходя ближе к старику. – Может быть, они говорили о моем замужестве?
– Да, – ответил гневный взгляд.
– Понимаю, ты сердишься за то, что я молчала. Но, видишь ли, они мне строго-настрого запретили тебе об этом говорить; они и мне ничего не говорили, и я совершенно случайно узнала эту тайну; вот почему и не была откровенна с тобой. Прости, дедушка.
Взгляд, снова неподвижный и безучастный, казалось, говорил: «Меня огорчает не только твое молчание».
– В чем же дело? – спросила Валентина. – Или ты думаешь, что я покину тебя, дедушка, что, выходя замуж, я тебя забуду?
– Нет, – ответил старик.
– Значит, они сказали тебе, что господин д’Эпине согласен на то, чтобы мы жили вместе?
– Да.
– Так почему же ты сердишься?
В