Главное – включи солнце. Разиля ФазлиеваЧитать онлайн книгу.
повторяла Ната, всхлипывая, – вернется, а ему со мной плохо, он со мной не растет…
Она причитала и плакала все отчаянней.
Пока ее утешали, рыба сгорела.
Доктор открыл настежь окно – проветривать – и увел Наташу с Каллиопой в спальню.
Втроем они сидели на краешке кровати. Наташа так долго плакала, что у доктора закончились слова: оставалось только обнимать ее, покачивая, как ребенка.
При свете лампы, затаившейся под рыжим абажуром, слезы Наты казались янтарными, когда, прочертив блестящие дорожки, замирали на щеках. Каллиопа своими необыкновенными глазами видел в них кристаллизованную печаль. Доктор – не видел, но чувствовал.
Изучая странного зверя, он научился чувствовать то, чего раньше не улавливал; о чем даже не знал.
Вероятно, рассуждал про себя доктор, это с непривычки. Когда не помогает аппаратура, приходится быть внимательней. В этом все и дело.
Потом он посмотрел на Наташу; и решил, что не только в этом.
Она прорыдала так долго, что выбилась из сил. Доктор решил уложить ее спать.
Ей хотелось, чтобы доктор обнимал ее всю ночь. Он лег рядом.
Каллиопа смущенно отвернулся, потом потихоньку ушел в другую комнату.
А эти двое старались вести себя тише.
Но получалось наоборот. В соседних квартирах из-за них выходили из строя электроприборы, отключались телевизоры, сами собой загорались конфорки, чайники свистели – даже те, которым свистеть не положено, в морозилках стремительно таяли ледники.
К рассвету над районом прошла гроза, но синоптики оставили аномалию без внимания.
Когда стало светать, все стихло.
А наутро доктор впервые проспал работу.
4
Дни теснили друг друга, как цветное стекло на нитке. Ночи, как синяя смальта, были непрозрачными только на первый взгляд; прежде чем превратиться в цветное стекло, они несколько часов мерцали изнутри. Таковы летние ночи.
С восходом, пока город еще спал, а мафия уже облачалась в пижамы, доктор и Ната гуляли с Каллиопой в парке: до старой белой церковки – и обратно. По пути туда Каллиопа ел одуванчики, а по дороге домой икал. Если они встречали в парке любопытствующих – говорили, что это у них такой пудель.
Доктор запретил кормить Каллиопу человеческой пищей. Ната привыкла готовить на двоих: Каллиопа ел то же, что она.
Теперь Каллиопе полагалась растительная диета с высоким содержанием клетчатки и сахаров: свежая трава, сено, сладкие цветы, корнеплоды, фрукты, ягоды и мед.
А Ната по-прежнему готовила на двоих – себе и доктору.
Вскоре доктор сказал ей, что пора есть нормальную, вкусную еду. Ната согласилась, и готовить стал доктор – зачем-то на четверых. Съедать все это приходилось вдвоем, и Ната с доктором стали поправляться.
А Каллиопа начал расти.
За две недели он прибавил три сантиметра в холке и четыре кило. Ната ликовала. Доктор очень собой гордился.
Но однажды пришел сам не свой. Он принес большую сумку, которую тут же спрятал в зеркальном шкафу. Испуг спрятать не удалось.
Испуг остался по эту сторону зеркала