Темное настоящее. Геннадий СорокинЧитать онлайн книгу.
физкультурником, а его соседка по парте стала санитаркой. В понедельник две санитарки перед уроками стали проверять чистоту рук у одноклассников.
– Кто пришел с грязными руками – на уроки не пустим! – грозно предупредили они.
На заре октябрятского движения и до конца 1940-х годов проверка рук имела смысл, стимулировала учащихся соблюдать личную гигиену. В 1972 году это было совершенно бессмысленное занятие. Все учащиеся в школе проживали в благоустроенных квартирах с горячей водой. На огородах не трудились, коров и свиней видели только на картинках. Спрашивается, откуда у современного городского школьника может взяться несмываемая грязь на руках? Но правила есть правила. Санитарки по понедельникам проверяли чистоту рук, как-то повздорили с одноклассником, и тот силой прорвался в класс, обозвав девочек нехорошими словами. Конфликт пришлось улаживать классной руководительнице Анне Егоровне, самому уважаемому педагогу начального образования в школе. Анне Егоровне было около шестидесяти пяти лет, но выглядела она гораздо старше, как ровесница черепахи Тортиллы. Во время уроков Анна Егоровна прохаживалась по классу с длинной линейкой в руках. Если кто-то из учеников начинал баловаться или вертеться на месте, учительница безжалостно лупила его линейкой по рукам и голове. «Тупицы», «придурки», «дебилы» – каких только слов не наслушались ученики в свой адрес. Надо отдать должное – Анна Егоровна не зверствовала, линейкой била исключительно плашмя, а не ребром. Детей она не любила, зачем пошла работать в школу – неизвестно. Из всех учеников в классе особенно не везло Юре. У него никак не получалось красиво выводить крючки и закорючки, из которых состояли буквы. Анна Егоровна при детях называла Юру самым тупым учеником в классе, почти на каждом уроке выставляла в прописи двойки. Родители наказывали Юру за плохую успеваемость – лишали прогулок, заставляли по десять раз переписывать ненавистные крючки. Юра попробовал пожаловаться родителям на жестокую учительницу, но сделал только хуже. Отец, выпивший с друзьями после работы, схватился за ремень.
– Сам виноват – и еще жалуешься! – разъярился глава семейства. – Мало Анна Егоровна вас наказывает, мало! Вы, кроме ремня, ничего не понимаете.
Мать вмешалась в воспитательный процесс только тогда, когда избитый Юра ревом ревел и обещал, что обязательно исправится на следующем уроке.
Через год Анна Егоровна ушла на пенсию. Новая учительница на ребятишек голос не повышала, с линейкой по классу не ходила. Без кнута над головой Юра начал учиться на хорошо и отлично. Закорючки у него по-прежнему красиво не получались, зато писал он почти без ошибок и примеры по математике решал лучше всех в классе.
С вручением октябрятской звездочки первоклассники вступали на бесконечную тропу политпросвещения. Начиналась она с рассказов о детских и юношеских годах