Время и История. Или Как устроена История. Галым АбильсиитовЧитать онлайн книгу.
населённая победоносным народом, имевшая энергичное, целеустремлённое молодое поколение, безвольно и безропотно, практически молча, в считанные дни подверглась саморазрушению, совершив над собой насилие? За прошедшие годы высказано много версий и догадок по поводу этого сколь трагического, столь и загадочного события, однако все они обходят стороной особенности российской истории как таковой. Между тем, в истории России есть случаи, когда действующая власть, а вместе с ней и вся страна в одночасье разрушают себя, не подвергаясь внешнему воздействию, даже пропагандистскому, напротив, внешняя агрессия всегда только сплачивала народ и власть в России.
Так, например, произошло в феврале-октябре 1917 г., когда немногочисленные толпы вооруженных людей с энтузиазмом разрушали трехсотлетнюю царскую власть, не оставляя от неё, а заодно и от страны, ничего, ни материального, ни духовного.
Вот как описывает события 1917 г. очевидец, известный русский философ начала ХХ века Розанов В. В.:
«Русь слиняла в два дня. Самое большее – в три.
Даже «Новое время» нельзя было закрыть так скоро, как закрылась Русь. Поразительно, что она разом рассыпалась вся до подробностей, до частностей… Не осталось царства, не осталось церкви, не осталось войска, не осталось рабочего класса. Что осталось-то? Странным образом – буквально ничего».
Разве не то же самое (т.е. саморазрушение с печальным для страны результатом) произошло в России в 1991 г.? Поменяйте в словах Розанова «царство» на «советскую власть», «церковь» на «центральный комитет», оставьте на своих местах «войска» и «рабочий класс» – и вы получите в 1991 г. повторение событий 1917 г. Тоже «странным образом – буквально ничего» не осталось в наследство новой России от старой. А что осталось-то, ведь не могло исчезнуть всё бесследно?
К счастью, остались История и её невыученные уроки.
Обычно уроки истории понимаются и воспринимаются по-школярски: так можно, потому что в истории так уже было и – ничего, а эдак – нельзя, потому что в истории это ни к чему хорошему не приводило. Такое примитивное отношение к истории, конечно, возможно, мало того – именно таковым оно и будет, если история строится на событиях, вызванных субъективными действиями отдельных людей, выражающих определённые интересы. Однако Большая история страны, суммирующая тысячи (и миллионы) отдельных субъективных историй, за многодесятилетия формирует объективные структуры, начиная от «контекста истории» до «исторической эпохи» и «этногенеза». В общем эти образования можно назвать «конструктами истории», понимая их как пространственно-временные структуры, имеющие в историческом отношении завершенный (законченный) характер. При этом «конструкты истории» выражают уровень развития народа, его, так сказать, исторический интеллект.
Будь в нашем арсенале «конструкты истории» и их приложения к отдельным странам, мы могли бы без большого труда